ЗТ (zt) wrote,
ЗТ
zt

Categories:

Очередной текст на Globalrus:

http://www.globalrus.ru/comments/135810/

Между оговоркой и ослышкой
Что хотел сказать Путин предпринимателям

Вчерашнее выступление Владимира Путина в Торгово-промышленной палате можно считать первым более или менее развернутым программным заявлением главы государства на тему "пересмотра итогов приватизации". Само по себе выступление, спровоцированное главой ТПП Евгением Примаковым, говорившим о недопустимости такового пересмотра по причинам практически религиозного свойства, ничего нового не содержало. Президент лишь собрал из несмелых кусочков интервью себя самого, Германа Грефа, Алексея Кудрина и других чиновников единую картинку-паззл. Однако получившийся рисунок был гораздо менее интересным, чем то, как восприняли картинку представители делового сообщества.
Если оставить в стороне традиционные для Путина оговорки и "темные места", позиция главы государства звучит так. Президент против организованных действий государства, направленных на отмену результатов приватизационных акций 1992-1997 гг. Он также против ревизии законодательных актов, по которым проводилась приватизация. Однако он считает, что те приватизационные сделки, которые проводились с грубым нарушением этих актов, могут быть пересмотрены. "Если пять-семь человек не соблюдали законы, это не значит, что все это не делали", - заявил президент.
Конечно, сказанного недостаточно для того, чтобы понять, поддерживает ли Владимир Путин явочным путем складывающуюся "антиолигархическую" кампанию. Ключевой вопрос - заинтересовано ли в преследовании этих "пяти-семи человек" государство, и если да, то в чем его интерес. Пока из всего выходит, что да, заинтересовано до такой степени, что само готово инициировать антиприватизационные иски, и делается это по политическим мотивам ("дело ЮКОСа"). Судебная практика, сложившаяся в Басманном суде, доказывает это лучше любых публичных выступлений президента России.
Выступление главы государства можно было бы считать совершенно не важным, если бы слова Путина о "пяти-семи" отверженных немедленно не трансформировались в сообщении агентства "Прайм-ТАСС" в "пять-семь тысяч". Невнятная пауза в словах Путина после числительных обратилась в "тысячи" и в устах нескольких влиятельных предпринимателей, не входящих, впрочем, в "пять-семь", но находившихся в зале ТПП. Как выяснилось позже, это - не оговорка Путина, а ослышка, которой легко поверили. И не напрасно поверили.
В ходе приватизации около 35 тыс. предприятий именно пять-семь тысяч сделок, включая добрую половину сделок на залоговых аукционах, вызывали в разное время совершенно неполитические подозрения в их незаконности или грубых нарушениях процедуры. Эти 15-20% от всей массы сделок и могут быть расторгнуты в судебном порядке, если пострадавшие в ходе этих преступлений лица в суде продемонстрируют законность своих претензий. И, что самое любопытное, проведение таких процессов в законном и гласном порядке навсегда закроет вопрос о легитимности собственности, полученной в ходе приватизации.
То, что "деловое коллективное бессознательное" оценивает число "нарушителей" именно в "пять-семь тысяч", а не в "пять-семь" единиц, говорит, что интуитивно именно этот вариант сами предприниматели считают разумным способом легитимизации приватизированной собственности. Скажу даже больше, мне известен случай, когда собственники крупного промышленного предприятия сами подавали на себя в суд через подставную фирму, возбуждая иск об отмене итогов приватизации. Поскольку нарушения были несущественны, суд иск отклонил. Более вопросов о том, законно ли были куплены бумаги в 1995 году, ни у кого не возникало: дело было последовательно доведено до Высшего арбитражного суда, вердикт окончателен.
Вопрос в том, готово ли государство обеспечить беспристрастность рассмотрения "деприватизационных исков". Для этого, по крайней мере, необходимо продемонстрировать отсутствие у государства иных интересов в деле деприватизации, нежели заботы о законности. Разумеется, "пять-семь" это не весь список сознательно нарушавших закон в приватизационных сделках начала 90-х. Президент подтвердил в ТПП тезис о выборочности правосудия в этом вопросе в России, и трактовать слова Владимира Путина следует так: "Нас не интересует пересмотр итогов приватизации, нас, как государство, интересуют пять-семь политических конкурентов, мы уверены, что они нечестны и докажем это, потому что нам так надо. Остальные нечестные нас не беспокоят".
Можно, разумеется, поверить и в другую версию. Если, например, в следующем выступлении на эту тему президент четко скажет: "Приватизация проводилась государством легитимно, поэтому - ни слова о справедливости или несправедливости ее итогов. Там, где в ее процессе ущемлены интересы юридических или физических лиц, их должен защитить беспристрастный суд, он же должен решить вопрос о расторжении конкретных сделок. Сколько будет таких исков, решать не нам". Только такой пересмотр итогов приватизации или приватизационная амнистия способны легитимизировать собственность в России, полученную в девяностые годы. А вместе с ней - и любую другую крупную частную собственность в нашей стране.
24.12.2003
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 37 comments